«Проблемы федеральной целевой программы «Предупреждение и борьба с социально- значимыми заболеваниями на 2007-2011 годы» и их влияние на социальное развитие России».

Доклад С. Р. Доринской, Уполномоченной Гражданской комиссии по правам человека России

22 февраля 2007 г. на заседании Правительства Российской Федерации был принят проект Постановления Правительства Российской Федерации “О федеральной целевой программе “Предупреждение и борьба с социально значимыми заболеваниями (2007-2011 годы)”. В числе подпрограмм, включенных в эту программу, есть подпрограмма «Психические расстройства».
В разделе 1 Программы названы три основных приоритета, сформулированных Президентом Российской Федерации в сфере здравоохранения:
1. снижение заболеваемости населения социально значимыми заболеваниями (далее СЗЗ)
2. совершенствование и внедрение методов профилактики и ранней диагностики СЗЗ
3. повышение эффективности лечения и реабилитации при СЗЗ
Ни одна из этих целей не реализуется в подпрограмме «Психические расстройства». Официально, психические расстройства считаются в психиатрии неизлечимыми, и психиатрия может лишь «облегчить», «временно улучшить» состояния человека при наличии у него таких расстройств. При таком подходе, господствующем сегодня в психиатрии, достижима ли в принципе цель «снижение заболеваемости СЗЗ»?
То же самое можно сказать и о двух других целях, отмеченных президентом Российской Федерации в качестве приоритетных. Психиатрия признает, что причины психических расстройств ей не известны, а значит, предотвращены эти явления быть не могут. Психиатрическая диагностика сводится к беседе с пациентом, при этом не используются какие бы то ни было объективные, отвечающие критериям научной достоверности анализы. Отсутствие таких объективных критериев априори ставит под сомнение попытки обсуждать вопрос об эффективности программ развития психиатрической помощи, с опорой на критерии, предлагаемые самими психиатрами.
Проанализировав федеральную целевую программы «Предупреждение и борьба с социально- значимыми заболеваниями на 2007-2011 годы» я выяснила, что подпрограмма «Психические расстройства» была включена в ФЦП впервые. На эту подпрограмму выделены средства в размере 7,5 миллиардов рублей. Подчеркну, что это ассигнования выделяются в дополнение постоянно выделяемым на психиатрию бюджетным средствам, а это – 10 % всех бюджетных средств, выделяемых в России на медицину.
В принятой федеральной целевой программе подпрограмма «Психические расстройства» является одной из ведущих по объему финансирования, оставив далеко позади потребности таких подпрограмм, как «Вакцинопрофилактика» (2,899 млрд.руб) и «Артериальная гипертония» (1,8 млрд.руб). Стоит напомнить о том, что сердечные заболевания – группа заболеваний, которые вносят наибольший вклад в статистику смертности.
Согласно расчетам, предоставленным экспертами-кардиологами, недофинансирование этой области означает, что требуемая медицинская помощь не предусмотрена для 1,4 миллиона россиян, больных артериальной гипертонией.
Следует отметить, что мне так и не удалось обнаружить специализированной и независимой экспертизы подпрограммы «Психические расстройства» до принятия ее Правительством, как это предусмотрено постановлением Правительства Российской Федерации от 26 июня 1995 г. N 594.

Ниже представлен анализ подпрограммы «Психические расстройства» в новой редакции:

1. В разделе «Характеристика проблемы, на решение которой направлена Программа» сказано следующее: «доля пациентов, охваченных бригадными формами оказания психиатрической помощи, в общем числе наблюдаемых пациентов составляет 5 %, доля пациентов, нуждающихся в стационарной психиатрической помощи, в общем числе наблюдаемых пациентов – 16 %. При этом средняя продолжительность лечения больного в психиатрическом стационаре составляет 75,6 дня, а доля повторных в течение года госпитализаций в психиатрический стационар - 20 %». Из данного текста нельзя заключить, в чем же, собственно, состоит проблема с психиатрией, которую обществу следует разрешить. Далее, если сопоставить характеристику проблемы с аналогичным разделом других подпрограмм, оказывается, что по статистика заболеваемости приводится на 100 000 человек населения в целом, в таком же виде приводится и статистика осложнений от тех или иных заболеваний, ситуацию с которыми предполагается улаживать. Иными словами, характеристика проблемы, приведенная для каждой из непсихиатрических программ, наглядно демонстрирует ее социально значимый характер. Разработчики иных подпрограмм позволяют понять, какое конкретно количество человек государство предполагает оздоровить в рамках данной подпрограммы.
Для программы «психические расстройства» картина иная. Непонятно, каким образом снижение продолжительности пребывания пациента в психиатрическом стационаре на 1,5 дня повлияет на психические выздоровление человека ( с 75,6 дней в 2005 году до 73,9 дней в 2011). Если больного выписывать не в понедельник, а в пятницу, то за счет только этого нехитрого приема можно достичь выполнения заявленных целей.

2. В разделе «Основные цели и задачи Программы, срок ее реализации, а также целевые индикаторы и показатели» говорится следующее: «Целями Программы являются снижение заболеваемости, инвалидности и смертности населения при социально значимых заболеваниях, увеличение продолжительности и улучшение качества жизни больных, страдающих этими заболеваниями». Подпрограмма «Психические расстройства» – единственная, в рамках которой не обозначены цели снижения заболеваемости, понижения статистики смертности и осложнений.

3.«Задачами Программы являются: совершенствование методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при социально значимых заболеваниях; разработка и внедрение современных методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при социально значимых заболеваниях на основе передовых технологий». Поскольку причины возникновения психических заболеваний неизвестны, неизвестно, какой именно орган человеческого организма страдает, например, при шизофрении, сама постановка проблемы по профилактике, диагностике и излечиванию психических заболеваний представляется неосуществимой задачей. Поскольку объективные критерии диагностики психических заболеваний неизвестны, представляются спорными «разработка и внедрение современных методов диагностики». Отсутствие объективных критериев излечиваемости, логически вытекающее из отсутствия объективных критериев патологического состояния, усугубляет сомнительный характер предложенных мер. Сопоставьте эту картину с имеющимися затратами на бесспорную диагностику и бесспорное лечение онкологических заболеваний, вирусных инфекций, патологий кровообращения.

4. В разделе «Задачи подпрограммы “психические расстройства”» ставится задача профилактики суицидов. При этом оставлен без внимания тот признанный в научной литературе факт, что психиатры не способны предсказывать и предотвращать суицидальное поведение с большей эффективностью, чем немедицинские работники социальной сферы, друзья, соседи или кто угодно еще.
Откровенное, развернутое признание этого факта прозвучало на II-м Международном конгрессе по социальной психиатрии, состоявшемся в Москве в ноябре 2006 года: «Уверенность в очевидности ценности жизни подвергается еще большему сомнению ввиду относительной невозможности предотвратить суицид. Имеющиеся данные свидетельствуют: независимо от того, какие усилия предпринимают психиатры, психотерапевты, психологи, количество самоубийств остается сравнительно неизменным. Психиатрия и клиническая психология пока еще не могут предотвращать суициды более успешно, чем это делают специалисты по вопросам морали, священнослужители или правоведы. (выделение добавлено)
Уровень самоубийств среди специалистов, оказывающих психолого-психиатрическую помощь значительно выше, чем среди других категорий населения. Повышенная склонность к этому со стороны психиатров и психологов ставит их в невыгодное положение при лечении пациентов с суицидальными наклонностями в связи с ограниченными возможностями сохранять бесстрастность».
Опираясь на это положение, можно заключить, что простое отстранение психиатров и психологов от решения проблемы суицидов может повлечь понижение статистики самоубийств, а передача этой проблемы в руки специалистов по вопросам морали, священнослужителей и правоведов вызовет еще большее снижение этой статистики.
5. В разделе «Характеристика проблемы, на решение которой направлена подпрограмма» подпрограммы «Психические расстройства», сказано, что проблемой «является рост заболеваемости населения психическими расстройствами и расстройствами поведения, а ежегодно от суицидов погибает около 60 000 человек».
За этой цифрой следуют такие индикаторы эффективности вложения средств, как «снижение пребывания больных в стационаре», «охват бригадными методами», «повторные госпитализации», и «снижение доли пациентов, нуждающихся в стационарной помощи». Показатели, указывающие на снижение статистики суицидов, отсутствуют.
Более того, непонятен источник цифры, приведенной качестве внушительного обоснования необходимости дополнительных финансовых вливаний в психиатрию. Согласно сведениям, обнародованным Федеральным агентством по статистике, количество самоубийств в России составило в 2005 году не 60, а 46,1 тысяч человек. Статистика самоубийств неуклонно понижается, начиная с 1995 года. При всей трагичности этих данных, откуда взялась цифра в 60 тысяч? Далее главный эксперт-психиатр страны утверждает, что около 20 процентов из тех, кто совершает суицид, имеют тяжелое психическое заболевание. Иными словами, если исходить из презумпции способности психиатра предотвращать суицидальное поведение, психиатрия берется отвечать за 9,22 тысячи совершаемых самоубийств. Однако мы уже указывали, что сами психиатры, работающие с этой проблемой, ставят такую профессиональную способность под сомнение.
Ниже приводится анализ социально-экономической эффективности подпрограмм. Из данной таблицы видно, что согласно заявленному экономическому эффекту, от вложения средств в психиатрическую подпрограмму ожидается наименьший эффект. Между тем, эта программа является одной из подпрограмм, получающих наиболее внушительное финансирование.



С учетом вышеизложенного, спорный характер предложенных показателей эффективности позволяет априорно усомниться в целевом характере предполагаемого расходования бюджетных средств в рамках подпрограммы «психические расстройства».
Гражданская комиссия по правам человека, которая была создана с целью обнародования психиатрических нарушений прав человека и надзора в сфере душевного здоровья, сделала запрос и выяснила, что обсуждаемая подпрограмма «Психические расстройства» опирается на рекомендации международного психиатрического сообщества, в том числе, включенные в доклад ВОЗ «Доклад о состоянии здоровья в мире: новое понимание, новая надежда».
Это первый подобный опыт в России. Тем не менее, результаты внедрения подобных программ в Европе, США, странах Азии и Африки позволяет предсказать, чего россиянам следует ожидать от этой подпрограммы в России.
Согласно предложенной подпрограмме «Психические расстройства», планируется перевести на амбулаторное лечение от 20% до 50% из 1,5 млн.пациентов психиатрических стационаров страны, т.е. распустить по домам 750 тысяч «социально неопасных граждан». Здесь настораживает, что психиатры не имеют критериев, позволяющих с точностью определить «социальную опасность» их пациентов. Недавние трагические события это очень четко демонстрируют: Александр Бычков, осмотренный и освобожденный группой психиатров, зарезал в этот же день троих. Объяснить причин своего поведения он не смог. До психиатрического стационара он занимался хищениями, а после - сразу, в тот же день, стал убийцей. Это наглядно показывает действительный эффект, порождаемый в психиатрии, не на бумаге, а в жизни.
Такой план по роспуску людей, накачанных изменяющими сознание препаратами из психиатрических заведений, и так называемое «лечение» их амбулаторно, на Западе называется «нестационарное лечение больных».
Центры психического здоровья были разрекламированы как решение проблемы, связанной с содержанием больных в психиатрических больницах. Главная идея заключалась в том, что после лечения, основанного фактически на применении психотропных средств, пациента опять вернуть в общество. Для этого-то и нужны государственные учреждения, получившие название «центры психического здоровья». В этих центрах пациенты могли бы принимать психотропные препараты, после чего душевно больных людей можно было бы держать под контролем. Правительство бы экономило деньги, а люди бы быстрее выздоравливали.
Сейчас же признано, что фактически, «центры психического здоровья» стали легальными точками продажи наркотиков, которые обеспечивали психотропными препаратами не только бывших пациентов психиатрических больниц, но так же и людей, не страдающих «серьезными душевными расстройствами»
В 2001 году доктор Дорин Бойдин из голландского Института психического здоровья и лечения наркозависимости сообщил, что центры психического здоровья в Европе породили «большое число бездомных, наркоманов, преступников, стали причиной безработицы, нарушений общественного порядка и вызвали национальную нетерпимость». В 1999 году официальные лица Британии так же подтвердили несостоятельность центров психического здоровья.
Уверения российских психиатров в лице Татьяны Дмитриевой о том, что роспуск пациентов психиатрических заведений сэкономит бюджет страны, так же несостоятельны. В США, где программа запущена с 1969 года, бюджет на эту программу вырос более чем на 6000%.
Конечно, когда речь идет о помощи несчастным, считать деньги как-то неуместно. Но, давайте разберемся, действенно ли психиатрическое лечение и психосоциальные вмешательства.
Если говорить об эффектах психотропных препаратов, то то количество скандалов, связанных с побочными эффектами психотропных препаратов, которые последнее время сотрясают мировую общественность, поражает воображение:
1. FDA (Агентство по контролю за пищевыми продуктами и лекарствами США), 15 октября 2004 года заявила, что антидепрессанты способны вызывать суицидальные мысли у детей и подростков;
2. Трициклические антидепрессанты запрещены для применения детьми до 18 лет в Италии 26 сентября 2006 года по решению Итальянского Фармакологического Агентства. Эти антидепрессанты связаны с сердечными приступами у людей любой возрастной группы. Далее, в отчете сказано , что не было доказано, что они не действуют на рост, созревание и поведенческое /познавательное развитие. Для справки, в России эти вещества психиатры назначают детям 6-и лет при выдуманном заболевании «Синдром дефицита внимания и гиперактивности».
3. Европейский Медицинский Научный Комитет по Лекарственным Продуктам для Человеческого Использования заключил, что селективные ингибиторы обратного захвата серотонина и селективные ингибиторы обратного захвата серотонина и норадреналина не должны использоваться для детей и подростков из-за поведенческих склонностей к самоубийству и враждебности.
4. Ежедневная газета «Гардиан», выходящая в Лондоне и Манчестере, 18 февраля 2005 года сообщила, что «такие препараты как «Прозак» и «Серокстат» могут вдвое повысить вероятность пациентов убить себя». Статья заявила, что авторы исследований не исключают возможного тройного увеличения самоубийств людей, принимающих препараты, и что были признаки, что попытки самоубийств не всегда регистрировались в течение испытаний.
5. FDA 17 декабря 2004 года потребовал, чтобы на препарат Страттера, применяемый при СДВГ у детей, было добавлено новое предупреждение, гласящее: «маркировка предупреждает, что тяжелое повреждение печени может прогрессировать до отказа печени, приводящего к смерти или потребности в трансплантации печени у небольшом проценте пациентов». Так же FDA, Британское регулирующее агентство, установили увеличенный риск суицидальных мыслей и поведения у детей, принимающих этот препарат. Надо сказать, что препарат Страттера недавно одобрен для применения в России и этот препарат уже поступил в продажу.
6. 22 августа 2005 года Норвежское исследование, Паксил увеличивает риск самоубийств у взрослых. Паксил был связан с семикратным увеличением попыток самоубийств. Так же этот препарат вызывает рождение детей с врожденными пороками сердца, если беременная женщина принимает его в первый триместр беременности.
7. Аддерол – запрещен в Канаде, вызывает внезапную необъяснимую смерть у детей.
8. Великобритания и Канада убрали Цилерт (Пемолин) из продажи, из-за токсического влияния на печень, включая смерть.
9. Применение атипичных нейролептиков на пожилых людях с деменцией приводит к 1,6-1,7 кратному увеличению смертности. FDA, 11 апреля 2005 года.
10. 7 июля 2005 года Национальный Центр по Зависимости и Токсикомании США выпустил сообщение, что 2,3 миллиона подростков в США злоупотребляли назначенными им по рецепту болеутоляющими и психиатрическими препаратами. Они в 12 раз чаще использовали героин, в 14 раз чаще использовали экстази и в 21 раз чаще использовали кокаин по сравнению с подростками, кто не злоупотребляет такими препаратами.

В своем ежегодном отчете за 2006 год Комитет ООН по контролю за наркотиками впервые выразил озабоченность тем фактом, что злоупотребление рецептурными – в первую очередь, психотропными и обезболивающими – препаратами по всему миру начинает превышать злоупотребление легальными наркотиками, за исключением марихуаны.
Глядя на эти факты высказывание профессора-психиатра Нины Тювиной на недавней конференции «Человек и лекарство» кажется спорным: «Вы должны объяснить, если ваши пациенты боятся принимать психотропные средства, а многие действительно боятся, потому что считают, что наши психотропные препараты, грубо говоря, лишают воли, делают дураками там и так далее - вот такие ходят разговоры, и не только среди обывателей, но и среди врачей. Я должна вам сказать, что врачи, прежде всего, должны сами понимать, что антидепрессанты - это такие же лекарства».
Далее в этом же выступлении она говорит: «За последние годы количество проданных антидепрессантов у нас, сумма, на которую проданы антидепрессанты, увеличилось практически в 2 раза, НЕ ЗА СЧЕТ ПСИХИАТРОВ, а за счет именно терапевтов и других врачей-интернистов».

Вот здесь следует подробнее остановиться. По данным исследователя Лайзы Косгроув 100% психиатров, написавших раздел в DSM по шизофрении и депрессиям, были финансово связаны с фармацевтическими кампаниями. 56% психиатров, написавших другие разделы по психиатрии, были так же финансово связаны с фармкампаниями.

Смею предположить, что акцент психиатров на повышении продаж психотропных препаратов имеет под собой основу. Человек, принимающий подобные вещества, попадает в психическую и физическую зависимость, а если учесть тяжелые побочные эффекты со стороны психики, физическую и психическую зависимость от этих веществ, то чем больше людей будут употреблять такие вещества, тем больше людей станет обращаться к психиатрам.

Вывод, который я делаю из всей этой ситуации, следующий.

Подпрограмма даже изначально, в соответствии с теми показателями, которые в ней планируется достичь, не призвана решить каких-либо общественных проблем, связанных с социально-значимыми заболеваниями. Указанные в программе индикаторы не имеют ничего общего с облегчением бремени тяжких заболеваний, давящих на общество. В связи с этим выделение столь большой суммы денег на заведомо бесполезные мероприятия для проблемы социально –значимых заболеваний представляется малообоснованным и бесперспективным.
Все статистики подпрограммы содержат оговорку « в общем числе»- то есть общее число менять даже не планируют.
В результате реализации подпрограммы «Психические расстройства» в том виде, в котором она есть сейчас, если в общество будет выпущено около 750 тысяч людей, находящихся под воздействием изменяющих сознание препаратов. В результате этого произойдет взрыв наркомании, тяжких преступлений, рост безработицы и социальная напряженность.
Количество самоубийств не только не уменьшится, хотя такая тенденция наметилась в обществе, но пойдет резко вверх
Создание центров психического здоровья приведет к большей доступности в обществе психотропных препаратов, а массовое внедрение так называемого «бригадного метода» приведет к еще большему употреблению людьми изменяющих сознание препаратов, т.к. по данным самих психиатров «организация необходимой длительной и непрерывной психофармакотерапии…обычно невозможна без психосоциальных вмешательств», что в свою очередь снова приведет к росту и наркомании, и преступлений, и суицидов, при этом, затраты на избавление от этих проблем вырастут.

В заключение, я хотела бы сказать, что проблема не так уж безнадежна.

В мире было несколько очень удачных экспериментов по действенному лечению психически больных людей.
Доктор Антонуччи в Италии в исследовательском центре Аймолы, лечил десятки женщин, которых считали шизофреничками, многие из которых были привязаны к кроватям. Все «обычные» психиатрические методы были отброшены. Он сделал так, чтобы к пациентам относились с состраданием, уважением, и не применяли к ним психотропные препараты. Под его руководством самая буйная палата в отделении стала самой спокойной. Через несколько месяцев самым «буйным» пациентам дали свободу, и они тихо гуляли в саду больницы. В конце концов их отпустили из больницы, многие из них научились работать и заботиться о себе, впервые за всю жизнь. Превосходные результаты, показанные доктором Антонуччи, к тому же потребовали гораздо меньше затрат.
В 70-х годах XX века доктор Лорен Мошер, профессор психиатрии, директор центра по изучению шизофрении при Национальном институте душевного здоровья США, разработал проект «Сотерия». В рамках проекта планировалось лечить пациентов, которым недавно был поставлен диагноз «шизофрения» при помощи «любви, хорошего питания и понимания, а не таблеток». Был проведен эксперимент, заключавшийся в том, что методы лечения «Сотерии» сравнили с «обычной» практикой работы психиатрических больниц, т.е. когда людей, которым поставили диагноз «шизофрения», лечили психотропными препаратами. Эксперимент сработал лучше, чем ожидалось. Через 6 недель в обеих группах были заметные улучшения, несмотря на то, что пациенты «Сотерии» не принимали антипсихотические препараты. Через 2 года после поступления на лечение, наблюдаемые пациенты «Сотерии» вновь вернулись к своей обычной работе и преуспели в жизни. Однако, успех «Сотерии» стал прямой угрозой для американской системы психиатрии. Национальный институт душевного здоровья объявил само исследование бесперспективным, лишил проект ассигнований и тем самым добился его закрытия.

В России не существует, и никогда не существовало подобных лечебниц. И я считаю, что нужно обратить пристальное внимание на вышеописанный опыт, и направить уже имеющиеся ресурсы психиатров на разработку этих методов в России. Людей, находящихся сейчас в психиатрических заведениях, действительно нужно освободить из, фактически, заточения в психушках, однако, до этого им нужно провести различные детоксикационные программы в отделениях токсикологии. Нужно вспомнить, что около 140 заболеваний могут вызывать психические отклонения разной степени тяжести и начать обследование пациентов психиатрических клиник на наличие реальной, а не воображаемой патологии.
Что касается подпрограммы «Психические расстройства», она должна покинуть ФЦП «Предупреждение социально-значимых заболеваний на 2007-2011 годы» Деньги же, выделенные дополнительно психиатрам в рамках обсуждаемой ФЦП направить на медицинские подпрограммы уже убедительно приносящие эффект.

Hosted by uCoz